— Николь…
— Мне надо с тобой серьезно поговорить.
Последнюю фразу они произнесли одновременно. Немного растерявшись, робко улыбнулись друг другу.
— Так что же ты собиралась сказать мне, Николь? — первым спросил Джулиан.
— Нет, сначала ты, — запротестовала она.
— Хорошо, — неожиданно легко согласился он. — Но давай спустимся в гостиную. Боюсь, разговор получится долгим.
Молча кивнув, Николь на подгибающихся ногах направилась в гостиную. Невероятное совпадение, взволнованно отметила молодая женщина. Я шла к Джулиану, а он — ко мне… И тоже хотел поговорить… Неужели это то самое, о чем я думаю?
Они уселись рядом на просторный кожаный диван. Немного помолчали. Наконец Джулиан, смущенно откашлявшись, начал:
— Я понимаю, Николь, что сейчас не самое подходящее время для разговора. Но я не мог ждать до утра. Я знаю, что у тебя есть друг, что вы счастливы вместе. И все же я должен сказать тебе то, что не могу, да и больше не хочу держать в себе… Я люблю тебя, Николь.
Николь показалось, что мир переворачивается с ног на голову. То, что только недавно казалось таким далеким и недоступным, стало вдруг простым и близким. Она открыла рот, чтобы ответить. Однако Джулиан жестом остановил ее.
— Нет-нет, молчи. Ничего не говори, пока не выслушаешь меня до конца. Я понимаю, мой поступок тебе кажется глупым и безрассудным. Не удивлюсь, если ты решишь, что у меня окончательно поехала крыша… Нельзя же ни с того, ни с сего подойти к женщине и заявить, что любишь ее. Ты думаешь, что я сумасшедший… Ну и пусть. Теперь это неважно. Дьявол с ними, с правилами приличия и благоразумием! Пусть я буду жалеть о своем поступке до гробовой доски, зато навсегда разрешу все сомнения и наконец узнаю, как же ко мне относится моя единственная, драгоценная женщина. Женщина, без которой мне отныне не мил белый свет. Женщина, которую я люблю больше жизни. И это — ты, Николь.
Джулиан замолчал. Скрестив руки на груди, он мужественно ждал приговора. Каково же было его удивление, когда Николь вдруг опустилась перед ним на колени и прижалась губами к его рукам!
— Джулиан, родной мой, — прошептала молодая женщина, задыхаясь от переполняющих ее эмоций. — Милый, да я ведь шла, чтобы сказать тебе то же самое слово в слово! Я люблю тебя, мой желанный, мой ненаглядный, мой единственный. Я влюбилась в тебя с первого взгляда, но до последнего момента не желала признаваться в этом даже себе. Ведь ты женат, у тебя дочь… Разве я могла надеяться когда-нибудь услышать от тебя подобное признание?
Джулиан мягко поднял Николь и усадил рядом с собой. Их губы соприкоснулись и слились в долгом нежном поцелуе. Молодая женщина крепко обхватила мужчину за шею, с наслаждением погрузив руки в густые темные волосы.
С трудом оторвавшись от податливых губ, Джулиан произнес:
— Теперь я свободен, любовь моя. А Келли — очень милая девочка. Ты непременно ее полюбишь.
— Я уже ее люблю, — всхлипнула Николь. — Представляешь, сегодня, когда я укладывала малышку спать, она сказала, что хотела бы видеть меня своей мамой. Даже собирается просить Санта-Клауса поменять нас с Изабеллой местами!
Джулиан растроганно прижал Николь к своей широкой мускулистой груди и нежно поцеловал в лоб.
— Утром мы скажем Келли, что ее желание исполнилось. Ведь ты согласишься выйти замуж за меня, любовь моя?
— Непременно, любимый, — со слезами на глазах промолвила Николь. — Если бы ты знал, насколько я счастлива! Наконец-то судьба сжалилась надо мной и исполнила самое заветное желание, ниспослав мужчину, о котором я мечтала с ранней юности.
— А мне — женщину, о которой я грезил всю свою жизнь, — подхватил Джулиан. Внезапно в его голубых глазах отразился испуг. — А как же Крис Маттье? Разве вы не собирались пожениться в ближайшем будущем?
Николь отчаянно затрясла головой.
— Слава Богу, нет. Мне удалось вовремя одуматься и понять, что брак без любви не принесет счастья. Понимаешь, я так устала от одиночества, от горьких мыслей о том, что мне не повезло и я никогда не встречу своего принца, что едва не совершила величайшую глупость в жизни. И только сегодня, после полусонного признания Келли, вдруг осознала, что мои отношения с Крисом — не более чем попытка убежать от себя. Когда ты пришел, я звонила ему именно затем, чтобы сообщить о разрыве. — Она оттерла катившуюся по щеке слезинку. Кто бы мог подумать, что мы когда-нибудь сможем быть вместе!
Джулиан с нежностью коснулся светлой пряди ее волос.
— Мечты сбываются, надо только в них верить.
— Я люблю тебя, Джулиан, — едва слышно сказала Николь и потянулась губами к мужским губам.
Их поцелуй, поначалу нежный и неторопливый, вскоре перерос в более глубокий, более требовательный, более страстный.
Прильнув всем телом к мужчине, Николь с наслаждением провела руками по его спине сверху вниз, почувствовав, как напрягаются мускулы под ее ладонями. Длинные тонкие пальцы беспорядочно забегали по атласной ткани халата Джулиана, спеша познакомиться с каждой клеточкой желанного тела. Мягкое тепло, тлевшее где-то внизу живота, вдруг разрослось в жаркое, всепожирающее пламя.
Но и Джулиан оказался уже не в силах совладать с собой. Его губы заскользили по шее молодой женщины, покрывая страстными поцелуями каждый сантиметр разгоряченной кожи.
Вслед за тем мужской язык требовательно проник в соблазнительную ложбинку между грудями, без труда преодолев сомнительное препятствие в виде тонкой шелковой ткани.
Пеньюар сполз с плеч Николь, и она нетерпеливым движением высвободилась из рукавов, оставшись в одной полупрозрачной сорочке.